Крупнейший специалист по иконологии профессор Роберт Лэнгдон снова в деле. Его друг, влиятельный масон Питер Соломон, приглашает профессора выступить на торжественном приеме в Капитолии с лекцией об истории масонской архитектуры. Но встреча спонсоров Смитсоновского института не состоится.

Вместо меценатов в Национальном скульптурном зале собрались туристы. Они в шоке — в центр помещения неизвестный подбросил испещренную таинственными символами кисть человеческой руки. На палец кисти надето масонское кольцо — точно такое же носил Питер Соломон. Наследник огромного состояния старинного еврейского рода похищен, его обещают убить в тот же день, и спасти его придется герою от науки: не доверять же расследование неумехам из спецслужб.

Российскому читателю не везет с книгами о профессоре Лэнгдоне. «Код Да Винчи» попал на рынок в чудовищном переводе, портящем все впечатление от творчества Брауна. Половина загадок и символики в книге переведена неправильно — все бы ничего, но вся ценность «Кода» заключается именно в загадках и символах.

«Ангелы и демоны» оказались чужды читателю своим культурологическим контекстом. Тяжело сопереживать герою, решающему проблемы католической церкви, если живого католического священника россиянин видел один раз, по телевизору, в трансляции встречи Михаила Горбачева с Иоанном Павлом Вторым.

Тема «Потерянного символа» — масонство, и о масонстве русскому читать всегда интересно. Со времен «Протоколов сионских мудрецов» половина страны верит в существование всемирного заговора, а другая половина уверена, что в этом заговоре участвует. И Браун человеку верующему как бальзам на душу: смотрите-ка, евреи-масоны действительно правят миром! Глядите, в самом сердце цивилизации — Америке — вся элита масоны! А что писатель заговор защищает — так, наверное, сам вольный каменщик. Или хотя бы сочувствующий.

С идей хорошо, с реализацией плохо. В «Утраченном символе» Браун использует ровно два приема для привлечения внимания читателя. Прием первый — непрекращающийся пересказ «Википедии» о малоизвестных деталях жизни американских Отцов-основателей и средневековых мистиков. Оказывается, отцы-основатели были масонами, художник Альбрехт Дюрер был масон, и даже Исаака Ньютона можно было застать с мастерком и в переднике. И в здании Конгресса была установлена статуя Джорджа Вашингтона в образе Зевса, что намекало на его божественную природу. А кто не входил в масонские ложи, тот с ними боролся, уничтожая заодно и прогресс, и цивилизацию.

Все бы хорошо, но за интересными фактами всегда можно залезть в первоисточник, в ту же «Википедию». В книге этим успешно занимаются агенты ЦРУ, ведущие расследование похищения Соломона. В каком тайном обществе на «м» состоит глава американского разведывательного ведомства рассказывать не буду, оставим интригу.

Второй прием — обсуждение персонажами неизвестной читателю информации, представляющей, по всей видимости, великий интерес. «Вау! — говорит один персонаж другому, — смотри!» — «Ух ты! — восхищается второй. — Да не может быть! Ни за что бы не поверил!» Читателю информация сообщается только в следующей главе, а через строку происходит новый обмен тайнами.

Брауну отказывает чувство меры — примененный в ста главах подряд в неизменном виде, прием уже не может увлечь, а только раздражает до невозможности. При этом сюжетообразующие загадки читатель разгадывает уже в середине книге. И виной тому — тривиальность использованных поворотов и неумение писателя отойти от штампов. Довольно странно для текста, сражающегося с банальным взглядом на мир.

Впрочем, такое несоответствие можно объяснить одним предположением. Давайте представим, что «Потерянный символ» — просто очень плохая книга, с какой стороны на нее не посмотри. Гипотеза всё объясняет — и копирование приемов, и сюжетные провалы, и затянутость действия, и несовпадение мотивации героев с их поступками. И даже то, что из 570 страниц книги, 569 страниц — плохочитаемая нудятина[1].

_____________________
1 — Еще одна страница отведена под подробный план цокольных и подвальных помещений здания американского парламента.