Согласно давнему обещанию прочитала роман Виктории Шарп "Обаятельный деспот". На самом деле, автор не иностранка, а известная блогерша Ольга Свириденкова, супруга еще одного выдающегося писателя и блогера - Максима Сириденкова. О его произведении мы уже говорили.

Гормональное чтиво такого рода можно было использовать в качестве пособия: "Как выявить козла заранее". Завязка - юная американская дура Клер получает наследство от английского дедушки. Английский промышленник и виконт Хелдман помогает дуре "оформить наследство". (Познания Свириденковой в аристократических фамилиях - это отдельная песня). Для справки, вот список английских виконтств, а вот - про происхождение немецкой/еврейской фамилии Хелдман.

Явления героев:
"Встав поздно утром с постели, она облачилась в легкомысленный пеньюар из нежно-розового шелка..."
"Перед ней стоял незнакомый мужчина в элегантном светло-сером костюме, лет тридцати на вид: высокий, с мужественным, решительным и несколько высокомерным лицом; из тех, которые запоминаются с первого взгляда и надолго остаются в памяти. Волосы незнакомца были темными, а его проницательные синие глаза напомнили Клер полевые васильки. А еще они похожи на драгоценные сапфиры..." Беги, дура, беги.

"Англия встретила Клер прохладной, дождливой погодой". Какой сюрприз.

"Но стоило ей увидеть его, как все посторонние мысли тотчас вылетели из ее головы, а сердце вдруг учащенно, взволнованно забилось... Клер в своих слегка обтрепанных джинсах... вдруг остро ощутила его превосходство над собой". Признак № 1. Необъяснимое чувство превосходства над собой.

"Он вдруг подошел к ней и взял ее за руки. Клер тотчас попыталась вырваться, но это оказалось ей не по силам: хватка Эдварда была железной... - Я отпущу вас, - сказал Эдвард, проигнорировав ее угрозу, - но не раньше, чем вы дадите мне одно обещание... Вы должны пообещать, что с этого момента будете обращаться ко мне по имени". Признак № 2. Физическое насилие. Признак № 3. Ты ему, оказывается, что-то должна.

"Не прошло и двух минут, как она лежала на кровати в своей спальне, пытаясь справиться с душившими ее рыданиями". Признак № 4. Он заставил тебя плакать. (В данном романе герой шутки ради убедил героиню, что его дворец - и есть ее наследная усадьба).

"Но, конечно, Эдвард был намного сильнее, и ему без особого труда удалось справиться с Клер. Не прошло и нескольких секунд, как Клер оказалась прижатой к его широкой груди, а ее запястья были крепко стиснуты ладонями Эдварда... просто я не вижу другого способа заставить вас выслушать меня". Признак № 5. Да, других способов он не знает.

"Но вы так разозлили меня своей враждебностью, что я не устоял перед искушением отыграться". Признак № 6. Никакого самоконтроля.

"И, пожалуйста, перестаньте хватать меня за руки!? Что за возмутительная манера, черт подери!?
- Просто мне приятно к вам прикасаться.
- А мне совсем не приятны ваши прикосновения!
- Неужели? - Эдвард посмотрел на Клер глубоким, пытливым взглядом, под которым она почувствовал себя так неловко, что у нее загорелись щеки". Признак № 7. Он уверен, что, на самом деле, ты сама этого хочешь.

"- А мне кажется совершенно нормальным, когда все важные решения принимает мужчина, - безапелляционно заявил Эдвард". Привет, Гоша! Признак № 8. Безапелляционность.

Клер упала в лесу, испачкалась и поранилась. "Да, теперь я представляю собой зрелище не для слабонервных, с мрачной иронией подумала Клер". На той же странице: "поистине кошмарное зрелище, с невеселой иронией подумала она".

"... ведь я такая глупая, такая неловкая, я ни на что не гожусь!
- Неправда! - горячо возразил Эдвард. - Вы на многое годитесь, хотя бы потому, что рядом с вами... безумно хорошо".
Признак 9. Да, да, вот именно на это и годитесь.

"... судорожно прижимая к себе ее хрупкое, дрожащее от волнения тело... Быть твои другом так приятно и радостно, не лишай меня этого блаженства!" Друг? Это так теперь называется?

"Они уже не просто целовались, а страстно ласкали друг друга, разрывая неподвижную лесную тишину томными, сладострастными стонами". Они обнимаются в машине. Машина стоит на лесной дороге.

"- Ты не должен был...
- ... Заклинаю, Клер, не надо все опошлять! Терпеть не могу запоздалых раскаяний и ханжеских сожалений". Я устала считать признаки, но понятно, что помогать Клер уже поздно. Девственность, ее единственная ценность, еще с ней, но это не надолго.

"Судя по тому, как ты вела себя со мной несколько минут назад, ты прекрасно знаешь, как завести мужика". Нет, все-таки подсчитаю. № 10. Он доказывает, что это ты его соблазнила.

Она пытается дать ему пощечину. "... но Эдвард ловко перехватил ее руку, стальной хваткой сжав хрупкое запястье. - Нет, - сказал он, глядя на Клер потемневшими, холодно поблескивающими глазами, - я не позволю себя ударить даже такой нежной и красивой ручке. И не советую повторять попытку: я могу не рассчитать свои силы и причинить тебе весьма нешуточную боль". Все он прекрасно рассчитывает. А ей потом пришлось прятать синяк.

"Уверяю тебя, что это (его дом) единственное место на земле, где ты можешь чувствовать себя надежно защищенной от... каких-то насильственных действий с моей стороны. Именно потому, что это мой дом и я не могу позволить себе неуважительное обращение с моей гостьей". Интересные он правила установил, правда?

"Возможно, именно ее внешний вид и послужил причиной того, что Эдвард повел себя с ней неподобающим образом". Признак № 11. Ты придумала ему оправдание, а себе обвинение.

Эдвард отправился на вечеринку с какой-то рыжей сучкой, а героиня дождалась, пока его мама и слуги заснут, спустилась в гостиную, достала из бара бутылку вина и коробку шоколада, скинула пеньюар и стала танцевать в одной ночнушке, воображая, что она на балу. Тут-то герой и вернулся. Я бы оставила признак "ты полная идиотка" без номера.

"Его рука скользнула в вырез рубашки Клер и нащупала теплую округлость груди. Под ласкающими движениями его ладоней соски мгновенно отвердели и напряглись". А кто бы не напрягся?

"Внезапно Эдвард поднял голову и пытливо всмотрелся в лицо Клер. По его губам пробежала коварная улыбка..." Ой, что-то будет...

"... он развел ее бедра и прижался лицом к шелковистым, влажным от возбуждения завиткам. Жаркий язык легонько коснулся сокровенного места... Эдвард начал осторожно ласкать чувствительный бутон женской плоти... Клер... откликнулась неистовым взрывом наслаждения". А мама виконта и слуги делали вид, что спали.

"Его рубашка была расстегнута на груди, являя взору Клер мускулистый торс, атласно-гладкий, если не считать темных шелковистых волосков. Только теперь Клер поняла, что это они так приятно щекотали ее все время, и сделанное открытие повергло ее в смущение". Да, вот это повод для смущения, я понимаю.

"- Я ласкал тебя в интимных местах и, кажется, ты даже кончила. По-моему, будет только справедливо, если ты тоже поласкаешь меня в интимных местах и поможешь достичь удовлетворения". Монолог, достойный Шекспира.

Но он пошутил.

"- Снять брюки? - невозмутимо спросил Эдвард. - Нет, Клер, не собирался. Я всего лишь хотел тебя немного попугать..." Потому что, видите ли, после интимных ласк он понял, что она девственница. А она стала наезжать на него, мол, не хочу секса. Как тут не попугать неблагодарную немного.

"Из опасения спровоцировать у кузена непотребное желание Клер сначала хотела вообще не краситься. Но затем она передумала... Пусть бесится от того, что я такая красивая и недоступная!" Села в машину и поехала к нему в лондонскую квартиру, вся такая недоступная.

Кулинарное отступление
"Чем заправить салат - растительным маслом, майонезом или взбитыми сливками?
- Э-э-э... - Клер оторопело таращилась на Эдварда. Неужели он собирается готовить сам!? - Майонезом, наверное..."

Потом она пошли с ним по музеям, но почему-то напилась и сказала, перед тем, как отключиться, что хочет жить в его квартире. Вот она сила майонеза-то.

Теперь он повел ее в оперу. Купил ей платье, туфельки, сумку и заколочку. Все идеально подошло. И шапочку. Шапочку надо было купить.

"... ладони обхватили налитые полушария грудей и начали страстно ласкать их. Десятки огненных ручейков побежали по телу Клер, с пересохших губ сорвался стон наслаждения". Это они на палубе плавучего ресторанчика. Без шапочки справился.

И тут появляется рыжая сучка.
"- Американская шлюха! - с ненавистью прошипела Ребекка. - Катись обратно в свою страну, погрязшую в пороках и разврате!" Послушай ее, Клер! Еще не поздно.

Увы. Клер прогнала соперницу.
"Последние преграды сдержанности пали, волна чувственного наслаждения подхватила Клер и понесла за собой в неведомые, манящие дали..."

"Ее взгляд невольно скользнул к низу его живота, и Клер торопливо отвела глаза, устыдившись вида напряженного мужского естества". Да ладно. Стыдно, у кого видно.

Ну и тут кульминация.
"упругий толчок плоти", а за ним, ясное дело "последовала острая боль", но он быстренько "возобновил движения" и, конечно, она "отметила, как в глубине ее тела снова зарождается чувственное желание". "И вскоре ее охватила страстная дрожь, а волны наслаждения стали накатывать одна за другой..." а потом настало "состояние гармонии с собой и окружающим миром". Вот так оно всегда с дефлорацией и бывает - все мужчины знают.

А ничего, что мы не предупредили твою маму, что я задержусь, спросила потом Клер. Ничего, ответил чувак, я уже сказал ей, чтобы она готовилась к свадьбе. Это был признак 12 что ли. Он все организовал за тебя.

Признак 13. Всю книгу она стеснялась послать Эдварда при людях, чтобы о ней вдруг не подумали плохо.