Увидела я тут аж стихотворный отзыв на очередное произведение автора и подумала, что-то я давно Соломатину не читала.

Выбрала на этот раз книгу о беременных. Сразу спойлер. В этом романе 4 женщины забеременеют и благополучно родят. Вот, собственно, и вся история. Отличное произведение для тех, кто любит хеппи-энды, а также хеппи-старты и хеппи-миддлы.

Начинается роман с мощного стилистического удара:

В дверь малой операционной просунулась голова молоденького интерна. Точнее, молоденькой:
– Софья Константиновна, вас вызывает начмед. Срочно! – подобострастно-исполнительно, чуть громче шёпота зарделась голова.

Представление о стиле получено, оценим содержание. Как я уже говорила, книга эта о беременных, в частности, а в целом, она об авторе и ее отношении к читателю. Вот цитаты.

- Но стоит ли слишком отвлекаться от повествования, дабы пуститься в плавание по океану никому не интересных рассуждений в век, когда читатель требует захватывающего сюжета, экшена и страниц, щедро удобренных упакованными трупами с разной степенью циничной иронии в оптимистичном анамнезе?
- «На-то-о-на-и-уто-пи-я!»

Коллега цитирует аннотации к новым любовным романам своего издательства.
Какое счастье, что наш сайт никогда не будет пустовать.

- Какая опасность нависла над героями: проклятье древних фараонов или зло человеческих рук?
(комментарий специалиста: а может быть коровье вымя и свиной пятачок нависли над ними?)

- Глубоко под кожей сердце героини сжимается от ужаса и трепета перед кровожадным маньяком!
(дорогой анонимный друг! я раскрыла секрет твоего пола! глубоко под полом есть горячее ядро земли)

- Секрет ее обаяния в глазах, горящих от искренней любви…
(это про меня, конечно! секрет моего обаяния именно в этом, чуваки)

- На какие ухищрения им только приходится идти, чтобы избежать позора!
(исправить, как думаете? или пусть будет так?)

- Пеппе Дженскон – прекрасный юрист и очаровательная женщина. Именно поэтому выбор Роско Хэверинга пал на нее…
(это тоже про меня! только я не юрист, а бог знает что. прекрасное бог знает что! если ваш выбор пал на меня, не обессудьте)

Это сборник под общим названием “Былое и дуры”, в который вошли два романа: “Три полуграции или Немного о любви в конце тысячелетия” и “Хочу бабу на роликах!”, а также, внезапно, перевод с немецкого рассказа австрийского писателя Ганса Леберта. На обложке этот рассказ гордо обозначен как “Переводы”.

После таких книг хочется закинуть рублей 500 на сайт какой-нибудь феминистической организации, для поддержки и борьбы. Не потому что автор феминистка, а потому что под видом женского счастья описывает какой-то ужас.

Это важно знать: Г. Полякова - не Т. Полякова. Я не сразу поняла, что читаю другого автора, и все ждала, когда же кого-нибудь убьют. Но детективы пишет Т., а Г. - менее известный автор и пишет любовные романы.

"Он подарил Ей безумную страсть, томительное ожидание, тяжкие сомнения и целый город… Счастливы ли Они?"

Как всякий порядочный любовный роман, этот вырос из "Золушки". Иногда подобные сюжеты спасает хороший слог, иногда исторический антураж, иногда затейливый сюжет, психологизм, да мало ли приправ. Галина Полякова подает нам историю полную суровой отечественной действительности.

Еще одно предварительное замечание. Я считаю, что феминистическое движение должно обратить пристальное внимание на весь этот жанр и его современных адептов. Наверное, мало что еще так выебывает мозги женщинам, как всякие Виктории Шарп с их "Обаятельными деспотами" и вот, например, еще и Полякова.

Согласно давнему обещанию прочитала роман Виктории Шарп "Обаятельный деспот". На самом деле, автор не иностранка, а известная блогерша Ольга Свириденкова, супруга еще одного выдающегося писателя и блогера - Максима Сириденкова. О его произведении мы уже говорили.

Гормональное чтиво такого рода можно было использовать в качестве пособия: "Как выявить козла заранее". Завязка - юная американская дура Клер получает наследство от английского дедушки. Английский промышленник и виконт Хелдман помогает дуре "оформить наследство". (Познания Свириденковой в аристократических фамилиях - это отдельная песня). Для справки, вот список английских виконтств, а вот - про происхождение немецкой/еврейской фамилии Хелдман.

Явления героев:

Это роман-мечта. Мечтали вы когда-нибудь о чем-нибудь таком глупом, но приятном... вот иду я по улице, нахожу чемодан денег и все мои проблемы разрешаются?
С героинями происходит нечто подобное, и автор так увлекается рассказом о том, как именно они тратят деньги, что о сюжете забывает на десятки, если не сотни страниц. По настроению роман вроде бы должен быть веселым. На самом деле, вчитываешься - страшно становится.

Наши три героини, как понятно из названия, толстушки (80-90 кг). Три не молодые, но и не старые женщины с проблемами в личной жизни. Одна запила после расставания с подлецом, другой изменяет муж, третья сама на грани измены мужу. На первую, пьющую, внезапно сваливается огромное наследство - миллион долларов, плюс особняк и джип. Как раз в это время она знакомится (продает щенков) с двумя другими героинями. Вместе тетки переезжают в особняк и берутся за свой лишний вес.
То есть, понимаете, дорогие "толстушки", если миллиона у вас нет, видимо, ничего у вас и не выйдет. Ходите жирные.

Меня тут упрекнули в том, что я придираюсь к личному дневнику автора (будто я ее ЖЖ у нее из-под подушки выкрала), в то время как должна писать только о книгах.
А откуда такие упреки? А от лени.

Мы с вами говорили и о крупной форме Соломатиной, и о мелкой.

И вот, за считанные годы, писательница доросла до мемуаров. Книга "Мой одесский язык" начинается с рассказа-предисловия (страниц на 20) о том, как Т. Соломатину пригласили в книжный магазин "Москва" провести "Урок одесского языка" в рамках программы "Литературные столицы мира". Урок удался, и решено было написать целую книгу.
В том вошли воспоминания Соломатиной о детстве - часть, которую испортить сложнее всего (и которая в принципе не требует писательского таланта). И рассказ о поездке в Одессу уже в образе "известного российского писателя". Для объема в книгу вставлены любимые стихи автора и несколько интервью, в том числе и те, что Соломатина считает неудачными.

Ну, перейдем к самому интересному, цитатам.

Вы все, наверное, помните обзор прекрасного, пусть еще и не опубликованного романа М. Свириденкова - "Ангелы в крови". Тогда, супруга писателя, тоже писательница, дала нашему блогу гордый ответ. Мол, читали мы старую версию, да и не поняли в ней ничего.

К сожалению, мне никак не попадались романы самой писательницы. Но нашлись терпеливые люди, отыскали ее глубокие исторические произведения.
Вот, оказывается, чей гений скрывается под такими обложками и такими псевдонимами.

Увлекательный разбор исторической подкованности автора читайте по ссылке.

Книги Евы Лански - нечто среднее между совсем отечественным женским романом и западным, вроде какого-нибудь "Шопоголика". То есть автор не сразу переходит от "Жила-была девочка, ничего не имела" к "И все получила". Между этими событиями устроен некий отчасти занимательный сюжет. Читателя даже немного интригуют. Подсовывают героине сперва очень крутого, но не того мужчину. А уж в финале все-таки выдают того самого. И даже многоплановость присутствует. О части событий мы узнаем из дневника героини, брошенного в парке. Его то ветер перелистнет, то присевшая передохнуть мамаша почитает. От части - от третьего лица, описывающего похождения главной героини.

А похождения невероятные. Простая девочка их Хабаровска твердо решила стать аристократкой. Ее мечта - передать наследникам качественный генофонд и серебряные ложечки с родовым гербом. Для начала наша героиня (Натали) поступила на филфак МГУ, устроилась в московском общежитии и заказала себе необходимые столовые приборы. Дальше дело застопорилось.

Доктор-писатель женщина-врач - вот моя любовь!
И не Соломатиной единой я живу. Есть и поинтереснее. Например, Ирина Кисельгоф. Из аннотации:

"...врач, освоивший несколько медицинских специальностей, в прошлом преподаватель мединститута. Литературный талант (увы, не давал ей покоя), а также увлеченность профессией, интерес к психологии, живописи и поэзии (который так и остался лишь интересом) помогли ей создать галерею ярких образов".

Да, в блеклости этого автора не упрекнешь. Какие страсти творятся в книге! С первого же абзаца Кисельгоф сражает нас парадоксальным наблюдением:

"Жизнь осторожно трогают кончиками пальцев, чтобы не обжечься или не заледенеть, иначе кожа слезет чулком, обнажив тело до мяса, как при синдроме Лайелла. Ее оглаживают ладонями, чтобы обойти острые углы..."
То есть вы поняли - жизнь - это нечто горячее, холодное и острое. Опасное. Однако тут же:
"Жизнь подбрасывают вверх или швыряют вниз, проверяя на прочность; для этого нужен опыт, чтобы избежать ушиба сердца и переломов".
Горячее, холодное, острое, его швыряют и у него есть сердце. И не только.